January 21st, 2013

news

Эксклюзивное интервью Евгения Федорова

Представляю вашему вниманию долгожданное эксклюзивное интервью депутата Государственной Думы Евгения Федорова, которое мне удалось взять у него в пятницу. Из него вы узнаете:


  • Кто цензурирует Путина на федеральных каналах телевидения;

  • Как зовут американских агентов в правительстве России;

  • С чем связано принятие закона «Димы Яковлева»;

  • Как так получилось, что фракция «Единая Россия» принимает законы по указке посла США;

  • Как зачистили «Единую Россию» от сторонников Путина;

  • Кто виноват и что делать.

И это еще не все. Если вы вдруг подумали, что Евгений Алексеевич так тонко меня троллит или же вовсе подсел на какие-то вещества, то смею вас уверить — он совсем не похож на упоротого лиса и на сто процентов верит в то, что сам говорит. А уж верить ему или нет — это решайте, прочитав интервью. Лично мне это все напомнило классический фильм «Чужие среди нас», но… прочитайте лучше сами.

Политрэш. Причина, по которой мне стало интересно взять у вас интервью — это ваше достаточно большое, двухчасовое выступление, которые вызвало достаточно большой резонанс в блогосфере…

Федоров. Тем не менее, я ничего нового в нем не сказал

П. Но, тем не менее, блогеры обратили внимание на то, там было много, на мой взгляд и на взгляд многих других людей, передёргиваний и достаточно неоднозначных высказываний. Я после этого посмотрел еще ваше выступление в МГУ и еще несколько ваших различных публичных…

Ф. Их там вообще двести штук, так что смотреть их можно целый день

П. Да, но все не смог просмотреть — последние самые смотрел. И вот у меня возникло несколько вопросов. Сразу скажу, что “финансовую часть” оставим в стороне — я в ней не эксперт. Мои знакомые, которые изучали ваши предложения, связанные с Центробанком, говорят, что там действительно разумные предложения, и я склонен им доверять. Единственное, у них там какие-то мелкие претензии и нюансы есть, но в целом они поддерживают эту инициативу…

Ф. Путин говорил в Послании.

П. Да, я обратил внимание, он фактически вашу идею и поддержал.

Ф. Это идея общая, но не моя.

П. Но вы ее лоббируете лично.

Ф. Я лоббирую только одну единственную идею — суверенитет. Все остальное — следствие.

П. Перейдем к конкретным моментам. Вы заявили о том, что Путин у нас фактически подвергается некой цензуре на федеральных телеканалах и в целом российское федеральное телевидение находится в руках американцев и врагов страны.

Ф. Да.

П. У нас практически все федеральные телеканалы принадлежат либо государству, либо окологосударственным компаниям, таким как «Газпром». И, соответственно, руководители, по факту, назначаются Владимиром Путиным, то есть, если мы посмотрим на Добродеева, на Кулистикова…

Ф. Ага.

П. Так как же так получается, что люди, назначенные Владимиром Путиным, люди, назначенные руководителями федеральных каналов подвергают цензуре самого президента страны и кто тогда это делает за них? Это не совсем понятно мне — кто же тогда цензурирует Путина?

Ф. А давайте посмотрим, там было больше интервью и там все вещи между собой сочетаются, потому что мы говорим о системе. Ну, например, я там привел пример товарища Калинина.

П. Да, я помню это.

Ф. Товарищ Калинин, в том числе и его семья, подвергался определенному давлению и репрессиям. Это делали его личные подчиненные, потому что это вообще был “президент Советского Союза” по статусу…

П. Ну… да.

Ф. Тем не менее, они это делали. То есть, вы допускаете, что лицо, которое является президентом — в отношении него могут проводиться действия его формальными — подчеркну это слово — формальными подчиненными вопреки, естественно, его желаниям. Вряд ли Калинин хотел, чтобы в отношении его были репрессии, в отношении его семьи. Так?

П. То есть, вы полагаете, что Добродеев и Кулистиков являются, скажем так, формальными подчинёнными Путина и не он их фактически назначал на эти посты?

Ф. Ну это очевидно. Я вам приведу другой пример, чтобы подойти к этой теме. Например, возьмите отношения Польши и Советского Союза. Ну, в Польше же были разные должности, фигуры, это была независимая страна, но никто, даже сейчас, не считает, что эта независимая страна проводила самостоятельную политику, отличную от политики Советского Союза. И, мало того, если посмотреть внутреннюю систему, то вся инфраструктура государства польского независимого подчинялась, по отдельности, соседнему государству в лице международного отдела ЦК.

П. То есть, получается, Владимир Путин назначил этих людей под давлением каких-то внешних сил?

Ф. Нет, не получается. Это не получается, что он назначил их под давлением, это получается, что он, как гарант Конституции, назначил их в силу сложившихся механизмов подачи кадров. А в системе подачи кадров Владимир Путин является системой сдержек и противовесов. Что такое “система сдержек и противовесов”? Это когда кадры назначаются не от первого лица, допустим, а от какой-то команды, а он просто их балансирует команды между собой. Это принципиально разная модель управления, потому что вы меня сейчас спрашиваете, так я вам скажу, что, допустим, президент Германии, то же самое — назначал там те же средства массовой информации, которые были государственными и они же его с удовольствием “замочили” месяца три-четыре назад и поставили нового президента, например. То есть, это обычная европейская, скажем, немецкая модель, система отношений. То есть, если говорить по-русски, — президент Российской Федерации — это гарант Конституции, что, собственно, все и говорят, то есть, “политический нотариус”.

Нотариус — это человек, который не может отказать заявителю, если тот подал необходимый набор документов. Тут то же самое. То есть, в системе отношений он подписывает бумаги, но это не значит, что это члены его команды. Это разные вещи.

П. То есть, они все-таки не члены его команды?

Ф. Не члены его команды. Мало того, если мы посмотрим на институты, то мы увидим… Например, институт бизнеса — весь бизнес зарубежной юрисдикции. Значит он весь является самостоятельной системой с точки зрения власти, и решения, которые он будет предлагать Путину, будут предлагаться на базе международной системы отношений.

П. Вот про это у меня отдельный вопрос.

Ф. А это совокупные вещи. То же самое касается и всего остального: правительства, и отдельных его подразделений, политической системы… Ну вы меня сейчас спрашиваете, и я вам скажу — так устроено всегда и везде. Если обобщить, вот, первую часть ответа, система, когда гарант конституции подписывает бумаги, подготовленные не им — стандартная система, существующая практически во всех государствах.

П. Да, это факт. Как человек, работавший в аппарате, могу это подтвердить.

Ф. А почему вы считаете, что в отношении Кулистикова работает что-то по-другому? То же самое!

П. Просто я понимаю, что Владимир Путин проводит достаточно самостоятельную политику. Скажем так, на подобные посты он сам, лично, смотрит на человека, которого он назначает и личное к нему доверие испытывает при назначении.

Ф. Вот видите-видите, смотрит! То есть, ему дают человека, а он на него смотрит.

П. Ну ему рекомендуют ближайший к нему человек, к примеру, Зубков.

Ф. Нет, баланс сил. У него нет вообще… Вот кроме Холманских, нет ни одного назначения вне системы. И Холманских — это отдельная история, и, скажем, отдельный исключительный случай. Все кадры, и у Калинина, и у всех президентов всех стран, подаются системой. А система завязана на американцев. С точки зрения стратегического и глобального управления. Соответственно, все кадры прокачиваются через их контроль.

П. Честно говоря я, работая в системе, не видел там этого контроля американцев, но он может быть какой-то глобальный, то есть, ментальный…

Ф. Он по правилам. То есть, американцы сосредоточились, как и Советский Союз в Польше, на трех главных китах. Первое — правила, то есть, стратегия. Второе — информация. И пропаганда, потому что Польша не имела права на свою пропаганду, — она была советская внутри Польши. Стратегия, пропаганда, ну и информация, которая с этим связана. Вот три направления, на которых сосредоточились Соединенные Штаты. И институты их интересуют связанные с этими направлениями — поэтому и Министерство Образования. А вот министерство транспорта и не интересует. Так же, как министерство образования интересовало Советский Союз в Польше, а министерство транспорта — не интересовало.

П. Вот, переходя к правительству… Вы сказали, что в правительстве врагов порядка 80 процентов, из них — прямых американских агентов — пять человек. Порядка пяти человек. А не могли бы вы вот, конкретно перечислить, о ком идет речь в данном случае, кто ими является? Ну, вот министерство образования. Вы имеете в виду министра Ливанова. Это один, кто еще?

Далее: http://blog.politrash.ru/687/