June 29th, 2011

news

Есть такая профессия - быть совестью нации

Редакция "Политрэша" продолжает знакомить своих читателей с достойными произведениями литературы политического жанра. Вслед за горячо нам любимым "Господином министром" очередь дошла и до отечественного автора. Какого - постарайтесь узнать до того, как очутитесь в конца многобуквия. Чур не скроллить и не гуглить!

Для вашего удобства мы осмелились разбить выбранные нами экстракты из произведений автора на темы.

Солдат Сычев
Потому что не было десяти избитых солдат, Андрей Сычев не был ни привязан к кровати, ни изнасилован - гангрена возникла в результате, вероятнее всего, давнего заболевания вен. Единственным доказанным эпизодом после трех недель работы бригады из 41 следователя Главной военной прокуратуры (она давно воюет с Министерством обороны и заинтересована в как можно большем компромате на армию) является то, что Сычев некоторое время сидел на корточках перед арестованным ныне младшим сержантом Сивяковым, которого и «дедом»-то нельзя назвать – он отслужил ровно год и только-только стал по армейской классификации «черпаком».
Все остальное придумала председатель челябинского Комитета солдатских матерей Людмила Зинченко, которая, раздав с десяток интервью либеральным СМИ, теперь трусливо скрывается от следователей.

Журналистка Политковская
Еще раз простите за скользкое сравнение, но Анна Политковская и была таким фотографом на тротуаре – человеком не с этой, а с той стороны журналистских камер. Ньюсмейкер, а не журналист, причем и ньюсмейкер особого рода, блаженная, стоящая в одном ряду с Валерией Новодворской и Виктором Анпиловым. Вполне безобидные персоны, разве нет?
(…) Разочарую читателя-романтика: нет такой страшной правды, за которую журналиста могут убить. Здесь, кстати, едва ли не больше поводов для уныния, чем даже в факте убийства: журналистика в сегодняшней России не может, не способна всерьез влиять на ситуацию в стране и на судьбы сильных мира сего.

Политический режим
1. У теории суверенной демократии есть свои недостатки, но главного благодаря ей мы уже добились: теперь мы понимаем, что монополии на демократию нет ни у кого, тем более – где-то вдали от наших границ. Мы сами заслужили право устраивать жизнь на нашей земле так, как мы того хотим. Десять лет назад мы этого не понимали. Сейчас – понимаем.
А это, помимо прочего, значит, что теперь открыт путь для новых достижений, сопоставимых с полетом Гагарина. Главное – не комплексовать.

2. Странно рассуждать о репрессиях в условиях полного отсутствия этих самых репрессий, странно клеймить кровавый режим, не проливая при этом ни капли крови. Ужастики о спецслужбах, взорвавших в 1999 году дома в Москве, отравивших заложников «Норд-Оста» ядовитым газом, расстрелявших бесланскую школу из танков, так и не сложились в эпическую картину бесчеловечного полицейского государства – российские спецслужбы, которые, согласно мифу, должны были символизировать реванш чекизма в самых ужасных его проявлениях, чаще демонстрировали беспомощность, чем свирепость.

Молодёжь
«Наши» на Селигере катаются вокруг озер на велосипедах за триста долларов – еще год назад, чтобы покататься на таком велосипеде, подросток с рабочей окраины депрессивного областного центра должен был идти в бандиты. Теперь у него появилась альтернатива, и кому какая разница, что формально за эту альтернативу отвечает одиозный Василий Якеменко (...)
 
Кто же, кто же автор?

Вскрываемся!


И тебе, Олег, не хворать.

P.S. Хотели пруфов? Их есть у меня: 1, 2, 3, 4, 5

Follow on Twitter